II
В жизни каждого из нас бывают темные дни. Таким темным днем для Прохора был тот, когда он, лишенный в бою своего самолета, оказался отрезанным от нашего расположения. Он добрался с танкистами почти до самых наших линий. Они оставили его в леске и снова ушли в бой. Уверенный в том, что по ту сторону леска увидит своих, Прохор почти открыто вышел из него. Но первое, что предстало его взору, был немецкий патруль. Оставалось только как можно скорее нырнуть обратно в лес.
Вся ночь, без малого, ушла на то, чтобы с помощью окрестных крестьян отыскать старого знакомого: "человека в очках" - предводителя партизанского отряда. Тот готовился к серьезной операции. Нужно было, не поднимая лишнего шума, - так как силы партизан были ограниченны, - изъять из немецкого штаба карты. Все было подготовлено к тому, чтобы под видом "делегация жителей" проникнуть в штаб. "Человек в очках" предложил Прохору принять участие в экспедиции. Прохор с радостью согласился. На него пала обязанность любыми средствами привлечь к себе внимание немецких офицеров, пока его спутники не оглядятся в доме. У "человека в очках" был большой опыт в такого рода делах. Все шло как по расписанию. Делегаты стояли перед немецким майором. Прохор, разыгрывая предателя, давал фантастические сведения о Красной Армии. Немец слушал его недоверчиво, но наконец не вытерпел и развернул карту.
- Алло, хэрр оберст, - крикнул он за перегородку,- комэн зи маль хир! Эс гибт этвас вихтигес, глаубэ их.
В дверях появился небольшой краснолицый полковник в очках. Он внимательно оглядел стоящих с шапками в руках "делегатов" и молча подошел к разложенной на столе карте:
- Нун, вас нох?
Прохор только что собирался рассказать что-нибудь позавлекательней, как двое конвойных ввели маленького человека в изорванном, подпоясанном тонким ремешком, светлом макинтоше.