В подъезде имелся не только видеодомофон с кодовым замком, но еще и сидел консьерж в застекленной будке. Причем не какой-нибудь дедуля второго срока годности, а паренек, которому, возможно, уже приходилось экзамены сдавать на краповый берет. При нем «Иж-71» имелся, дубинка, наручники, УКВ-рация — все, как у людей. К тому же в будке имелся пульт, с которого он, не набирая номера, одним нажатием кнопки мог вызвать сюда ментов, пожарных и так далее. Ясно, что в такой подъезд ни шпана с улицы не сунется, ни алкашня, ни бомжи, ни домушники. Дом уже не первый год стоит, а стены чистенькие, без надписей и выбоин в штукатурке, между этажами и на лестницах окурки и бутылки не валяются, а тут, около консьержевой будки, даже полочки и кашпо с цветочками пристроено.
Культура!
— Хорошо прогулялись? — спросил консьерж.
— Прекрасно! — отозвалась мамочка. — Галя дома?
— Минут пять назад в магазин ушла. Просила передать, что будет через час.
Консьерж — его Егором звали — конечно, и даму, у которой 1ло какое-то книжное имя — Марья Кирилловна, и сопровождающего ее охранника Степу, и домработницу Галю, и ребятенка Женьку, и даже овчарку Альму отлично знал. Мужа этой молодой-красивой, Климкова Григория Васильевича, тоже видеть доводилось, хотя и нечасто. То ли он у нее совсем деловой, то ли гуляка изрядный. Хотя, вообще-то, одно другому не мешает: чтоб гулять от души, нужны деньги, а чтоб хорошие деньги зарабатывать, надо быть деловым. Вместе с тем деловому человеку надо хорошие контакты иметь, то есть где-то с кем-то выпить, на охоту сходить, в сауну, ну и так далее. Так что сидеть при законной юбке ему некогда.
При всем этом консьерж испытывал некое странное чувство зависти к Марье Кирилловне. Нет, с сексуальной ориентацией у него все было в порядке. Но с другой стороны, парню все время думалось о том, насколько проще жить и добиваться успеха красивым и ловким бабам. Ведь эта самая Кирилловна, а проще сказать, Машка, потому что ей всего двадцать три, в Москву из какой-то дрюшлой области приперлась, в университете учиться. Но время даром не теряла. Взяла и «хомутнула» богатенького Гришу. Где и как, конечно, мраком покрыто, но факт есть факт.