— Сядем в этот экипаж, — предложила девица. — Скажите кучеру, что мы хотим посмотреть Равнину Авраама.

Гроуфилд заколебался. Одно дело — форсировать события, и совсем другое — смело бросаться неведомо куда, ничего никому не сказав. Возможно, его ждет смертельная западня.

— Я в этом вовсе не уверен, — сказал он. Девушка нетерпеливо посмотрела на него.

— В чем дело? Никто не причинит вам зла.

— Я в этом вовсе не уверен, — повторил он.

— Кажется, вы сказали, что знакомы с мистером Марбой. Гроуфилд поразмыслил над этим доводом. Девица была права. Характер Марбы — вот на что он возлагал все свои надежды. Гроуфилд знал, что Марба — человек холодный, расчетливый, своевольный, но отнюдь не жестокий. К генералу Позосу, например, Гроуфилд так не поехал бы. А к Марбе нужен именно такой подход, если, конечно, он правильно понимает характер Марбы. И место встречи не имеет значения. Если же он ошибается в оценке Марбы, то такой подход обречен на неудачу. В каковом случае место встречи тоже не имеет значения. Гроуфилд пожал плечами и сказал:

— Ладно, будь по — вашему.

Они перешли через улицу и разбудили дремавшего кучера. Услышав, что Гроуфилду приспичило обозревать Равнину Авраама, кучер энергично закивал, энергично высморкался и принялся энергично понукать свою лошадь, которая скорее спала, нежели бодрствовала. Похоже, ни кучера, ни лошадь не удивило то, что их пассажиры принадлежат к столь разным расам.

Гроуфилд и девица сидели рядышком в открытой двуколке. На противоположном сиденье валялась толстая меховая полость, и Гроуфилд прикрыл ею колени Вивьен и свои. Дама поблагодарила его, впервые выказав нечто свойственное живому человеку. Лошадь медленно затрусила вперед, рывками влача за собой двуколку.

Они неспешно объехали всю Оружейную площадь, на удивление темную, если учесть, что она лежала в самом сердце такого огромного туристического центра, и свернули налево, на улицу Святой Анны.