Кадровик в дивизии предложил повышение: капитанскую должность в танковой учебке, замполитом роты курсантов! Молодой лейтенант соблазнился на посулы и быстро согласился. А зря, Термез - же был город как город! С аэропортом, гостиницами, ресторанами, кинотеатрами, скверами, универмагами. Пусть изредка, но можно было погулять по аллеям, по проспекту, по культурным и злачным местам. А что тут? Прошлый или даже позапрошлый век. Захолустье, оно и есть захолустье.

Ромашкины пошли по единственной асфальтированной городской дороге в сторону рынка и с трудом разыскали нужную остановку. Вернее догадались, по присутствию возле столба с навесом, нескольких славянских физиономий мужского и женского пола. А до этого по пути встречались исключительно азиаты, не желающие вступать в разговоры. Теперь вокруг свои, бледнолицые, хотя и очень загорелые. Некоторые были в военной форме. Один лейтенант подтвердил что в в.ч. ?...., действительно попасть можно, исключительно отсюда. Он охотно рассказал, что в Педженском гарнизоне стоит пехотный и танковый полки, медсанбат, рембат, стройбат и еще много чего мелкого.

Что ж, значит таких страдальцев, как я, тут не перечесть, - подумал Ромашкин, исключив при этом из числа страдальцев супругу. - Служат - же люди как - то и мы послужим, не помрем!

***

- Товарищ лейтенант! Вы прибыли в учебный танковый полк! На капитанскую должность! Поэтому должны оправдывать оказанное, высокое доверие, а не валять дурака! - прорычал в ответ на доклад Никиты о прибытии в часть командир танкового полка.

Этот маленького роста подполковник Хомутецкий, со злыми колючими глазами, смешно топорщил жиденькие усы, и во время разговора постоянно слегка подпрыгивал, приподнимаясь с пяток на носки, что сильно раздражало лейтенанта. (Ишь - попрыгунчик, какой!). Вернее сказать, не разговора, а монолога. Потому что ни одного умного или не умного слова вставить Ромашкину не получилось.