- Уймись! Не перебивай рассказчика! - остановил излияния товарища Димка - художник. - Если будем о водке спорить, нить рассказа потеряем. Продолжай, дорогой друг.

Глава 4. Проверяющие.

В гарнизон Никита попал, как говорится: с "корабля на бал". Вскоре началась итоговая проверка боевой подготовки. Проверка того, к чему Ромашкин еще не успел приложить ни руки, ни ноги, ни иные части тела, а тем более мозги. Замполит Бердымурадов пообещал, что если какое-то подразделение провалится на зачетах, то снимет офицеров с должностей. Выходит, могут наказать за то, что сам лично не провалил. Комбат собрал со всех офицеров деньги на организацию попоек для проверяющих, немного поорал на совещаниях и началась проверка.

Ромашкин последнюю ночь перед выходом на полигон провел без сна, переписывая лекции, заново оформляя журналы и тетрадки. Настроение препаршивейшее, куда не кинь взгляд, всюду провал. Бердымуратов пригрозил служебным несоответствием ежели за две недели не переделается ленкомната. А как она переделается? Ни материалов, ни средств на закупку, ни писаря, ни художника. К черту! Как пойдет дело, так и пойдет.

На танкодроме, который был вотчиной третьего батальона, лейтенант оказался впервые, и очень удивился увиденной картине. За командной вышкой в тени деревьев стоял сарайчик, в котором хрюкали и визжали свиньи, в закуточке опутанном сеткой-рабицей кудахтали куры, у дерева гоготала парочка связанных гусей.

Славно! Гуси в яблоках ожидают своей участи. Вернее пока без яблок, яблоки лежали в коробке. Животноводческая ферма совхоза "Тупик коммунизма имени Алсынбабаева", - подумал Никита. - Почему тупик? А потому что дальше ехать некуда! Армия занятая сельским хозяйством и банкетами - это балаган. Но нужно сказать, что этим делом комбат занимался любовно, вкладывая всю душу.

Первым делом, приехав на танкодром, Алсын поспешил не на командную вышку, а к курятнику.