— Знаю, — отозвался, преодолевая тошноту, напарник.

— Тогда давай шевелись быстрее, — средито прикрикнул водитель.

Они вдвоем затащили тела убитых в «ауди», перегрузили трупы из «девятки» в «мерс», захлопнули дверцы, облили обе машины бензином из двух канистр, припасенных заранее так же в кустах. Еще раз огляделись по сторонам, убрали чемоданы в багажник «девятки», а чемодан с деньгами пассажир опять пристегнул наручниками себе к запястью.

— На фига ты это делаешь? — удивился водитель. — Теперь-то зачем?

— Я привык действовать по инструкциям, — резко ответил пассажир.

— Ну, ну, — в очередной раз не смог найти других слов его партнер. Садись, поехали поскорее.

Он дожидался, пока его приятель сядет на место рядом с ним, но тот посмотрел брезгливо на полиэтиленовый пакет с отрубленными кистями рук, передернул плечами и решительно сел на заднее сиденье.

— Брезгуешь? — недобро усмехнулся водитель, захлопывая боковую дверцу.

Завел мотор и медленно стал объезжать машины с мертвецами. Когда он отъехал от них, повернув за забор, поставив машину в сторону выезда на шоссе, он вышел, хлопнув дверцей, взял лежавшую на сидении тряпку, смочил её остатками бензина, поджег зажигалкой и бросил в стоявшие рядышком машины.

Убедившись, что обе они загорелись, водитель сел на место, и вырулив на шоссе, помчался, набирая скорость, в сторону Москвы, обгоняя совсем уже редкие машины.

Водитель постоянно поглядывал на часы, а минут через пятнадцать слегка притормозил и достал рацию.

— Сапсан вызывает Каракурта, — проговорил он в рацию.

И тотчас, словно его очень ждали, услышал в ответ глуховатый баритон с легким, едва уловимым акцентом:

— Слышу тебя, Сапсан, говори.