Сказал ему, что раб-ботаешь над словом, обт-тачиваешь художественные детали. Но д-долыне, чем до вечера, обтачивать не советую! Если какие-нибудь заминки с п-пейзажем, в крайнем случае я впишу. Ты же знаешь: я мастер п-пейзажа. К-какой-нибудь там колко п-похрустывающий снежок или обнаженно беззащитные б-березки, - п-пожалуйста, могу б-бесплатно!

Лопатин привез корреспонденцию поздно вечером.

Редактор встретил его недовольно:

- Что-то ты завозился не по-газетному.

И сразу стал читать за своей конторкой написанное Лопатиным. Прочел до конца, пошевелил губами, прикидывая, как ото влезет в макет номера, и, без колебаний перекрестив красным карандашом полторы страницы, сказал:

- Поставим завтра четырехколонником.

Потом воткнул своим красным карандашом вопрос перед названием "Вторая зима".

- Считаешь, что хорошо назвал?

- Считаю, что хорошо.

- Не соответствует содержанию, - недовольно сказал редактор. Обобщения-то у тебя не получилось!

- Не получилось, - согласился Лопатин.

- Какая же это "Вторая зима"? - Редактор перечеркнул название "Вторая зима" и поставил вместо него "В одном из полков". - Вот теперь соответствует. Ожидал от тебя большего. Но в общем, вышел из положения.

Слова "вышел из положения" значили, что редактор и сам понимает трудности, которые стояли перед Лопатиным, но не хочет говорить с ним на эту тему, недоволен чем-то еще, кроме корреспонденции. Чем именно недоволен, выяснилось ровно через минуту, после того как он подписал и отправил материал в типографию.

- Как это понять? - спросил он, порывшись на столе и сунув Лопатину под нос какую-то бумажку. - Сам не мог попросить? Решил на меня нажать? Так имей в виду: эта бумажка для меня пустой звук!

- А я ничего не собираюсь просить, - сказал Лопатин. - И им

объяснил, чтоб не писали, - откажешь.

- А ты за меня не решай, откажу или не откажу. Если для дела надо - не откажу. Только зачем в обход?