Доктор Йейтс: Да.

Председатель: Этот вопрос, несомненно, проистекает из доклада и предложения; я не стану препятствовать общей дискуссии, ежели таково желание палаты.

Доктор Йейтс: Чтобы направить дискуссию в нужное русло, мне придется выступить против предложения сенатора Дугласа.

Председатель: Это позволит вам рассмотреть проблему во всех подробностях.

Доктор Йейтс: Иду на это скрепя сердце.

После того, как сенаторы обсудили ряд технических вопросов, председатель возвращается к теме бракоразводного законодательства в следующих словах:

Председатель: Возможно, палата предпочла бы посвятить остаток дня обсуждению проблемы развода; ежели таково общее желание палаты, прения возобновляются. Я предоставляю слово сенатору Йейтсу1.

Доктор Йейтс: Я решился высказаться по данному вопросу после долгих колебаний и не без страха, однако порою долг призывает нас обратиться к самым что ни на есть прописным истинам, дабы просветить народ. Я нисколько не сомневаюсь в том, что некоторое время в этой стране разводов не будет. Я не рассчитываю повлиять на результаты голосования палаты. К палате я не обращаюсь. Те, кто взывают к палате, имеют привычку иногда обращаться и к репортерам.

Полковник Мур: Нет, нет.

Председатель: Будьте так любезны, сенатор, обращайтесь ко мне. Не думаю, что сенатор Йейтс намеревался оскорбить палату, однако замечание его прозвучало крайне нелестно.

Доктор Йейтс: Я не хотел задеть ничьи чувства. Мне следовало сказать иначе: я обращаюсь не только к палате. Не сомневаюсь, что при несколько иных обстоятельствах разрешить проблему не составило бы труда. Судя по тому, что я слышал от людей самых разных, многие одобрили бы очень простой выход, а именно: члены палаты католического вероисповедания не должны присутствовать на представлении законопроекта, который касается лишь протестантов и лиц, католиками не являющихся; пусть с ним работают парламентарии-протестанты или отдельный комитет, протестантами назначенный.