Отца Питера Финлея поддержал, а по части оскорбительных выпадов даже превзошел священник ирландской церкви, епископ Мит. Несомненно, видя, что нерасторжимый брак, - цель его страстных мечтаний, по крайней мере, для виновной стороны, - в других странах привил мужчинам и женщинам исключительную терпимость к различным формам сексуальной распущенности, он утверждает, что с каждым неверным мужем или женой следует обходиться как с преступником, повинным в разбое, подлоге и смертоубийстве. Однако, говоря об отношении обоих к палате, между отцом Финлеем и епископом Мит есть одно разительное отличие. Возможно, что отец Финлей в силах повлиять на итоги голосования палаты, но я уверен, что епископу Миту этого до сих пор не удавалось. Более того, даже если все протестантское епископство Ирландии выступит с заявлением по данному вопросу, палата все равно проголосует так, как считает нужным. И в этом - величие церкви, в лоне которой я рожден: в законодательных дискуссиях мы раз и навсегда поставили наших епископов на место. Даже если обсуждается законодательство, имеющее прямое отношение к религии, мнение священнослужителей принимается в расчет только исходя из познаний и способностей каждого в отдельности. Право на развод и многие другие права протестантские сообщества отстояли вопреки самой что ни на есть яростной оппозиции собственного духовенства. Живой, изменчивый, совершенствующийся ум человеческий рано или поздно отказывается принимать такие законы от людей, чьи представления основаны на интерпретации сомнительных текстов Евангелия. Необходимо признать, и я говорю это, не страшась возражений, что на сегодняшний день ни один видный ученый Европы не считает Евангелие историческим документом в строгом значении слова. Значимость Евангелия - в духовном смысле, но никак не в историческом. Когда священник советует государственным деятелям строить законодательство на отрывке, возможно, исторически необоснованном, это означает взывать к людскому невежеству.