И вдруг я понадобился начальнику полиции.

***

Слуга провел его в сад и направился к дому. Я крикнул ему вслед, чтобы он принес чай, и поднялся навстречу гостю.

Начальник полиции Кефтия мало изменился с тех пор, как я видел его в последний раз. Это был невысокий лысеющий человечек, толстый, как турок, с холодными проницательными глазками. Из-за своей тугой портупеи он напоминал мне свинину по-польски. Однако я придержал эту шуточку про себя и гостеприимно осведомился о здоровье Кефтии.

- Я вполне здоров, мой дорогой Ахмед, - сказал Кефтия. - Если не считать случайных приступов астмы. Но, конечно, с годами мы не становимся моложе, увы.

- Печально, но это так, - поддакнул я. - Иной раз в холодное зимнее утро мне напоминает об этом ноющая рана на ноге.

- Ах да! - воскликнул Кефтия. - Я почти забыл об этом. Я был уверен, что ты получил эту рану, когда контрабандой перевозил золотые слитки через турецкую границу, а?

- Не совсем так. В то время я переводил армянских беженцев через азербайджанскую границу.

- Ну конечно! Должно быть, меня подводит память. Ну, Ахмед, как ты жил в эти скучные годы после войны?

Он знал это не хуже меня, если не лучше. Все это были пустые слова, но не в обычае Кефтии прямо переходить к делу, поэтому мы вспоминали о минувшем и пили чай. Наш разговор мог бы тянуться так часами, но я предположил, что начальник полиции приглашен на ранний обед, потому что он заговорил о причине своего визита через удивительно краткий промежуток времени.

- Ахмед, в войну ты превосходно работал на разведку. Не хочешь ли ты снова использовать свои таланты?