
Верил ли в изображаемую им идиллию сам Лондон? Во всяком случае, хотел верить. Настроения последних лет его жизни можно передать в одном слове - усталость. Тишина Лунной долины, неброская красота окрестных холмов и лесов зачаровали его. Они несли покой и внушали иллюзию осуществившейся гармонии.
Его силы были надломлены, и теперь наступил кризис. Причины этого кризиса порой упрощают, сводят все дело к погоне за деньгами. А на самом деле Лондон чувствовал, что поддержать завоеванную неимоверным трудом высокую литературную репутацию самоповторением невозможно. Ему казалось, что в Лунной долине он нашел новую тему, открыл новую "истину", которую необходимо внушить миру. Но он обманулся в этих своих надеждах. Книги, излагавшие программу "опрощения", не расходились; успех "Время-не-ждет" объяснялся не финалом, а динамично написанными северными и "городскими" главами.
"Маленькая хозяйка Большого дома" (1915) местами напоминала об отточенном мастерстве прежнего Лондона, но эти частные удачи не спасли книгу. Лондон все чаще задумывался, в чем смысл его писательского труда.
Сломил его провал "Лунной долины". Сил для нового рывка не было; приходилось полагаться на навык да экспериментировать с необычной для себя тематикой, к которой Лондон совершенно не был готов, - вводить мистику, писать о средневековье.
Закатывалась звезда выдающегося художника, слишком рано растратившего себя. И все-таки закат не был совсем тусклым, и порой по нему можно было угадать литературную "погоду на завтра".
1911-м годом помечен "Мексиканец" - одна из лучших лондоновских новелл. Еще в написанной за шесть лет до этого повести "Игра" Лондон не только показал отменное знание ринга, но и едва ли не первым в мировой литературе за его грязью сумел разглядеть особую поэзию спорта, требующего огромного мужества и дающего человеку пережить высшее испытание всех его физических и волевых качеств. В "Мексиканце" поэзия "мужской игры" одухотворена кристально чистым революционным идеалом одного из ее участников - Филипе Риверы, сражающегося ради винтовок для восстания.
