Но самые предприимчивые аборигены остаются в справедливой надежде, что их земля и дальше будет с каждым годом дорожать в три-четыре раза. Многие выстроили на огородах особняки, которые сдают, а сами живут в старых домиках еще советской постройки. Тесно, но прибыльно. При этом старожилы Рублевки очень любят жаловаться на жизнь: шумно-де стало, дорого, в бывшем магазине райпотребсоюза цены как в ювелирном бутике, подходы к речке загородили, вокруг лабиринты заборов – понастроили буржуины проклятые себе бастионов! Но, на минуточку, именно местные жители в свое время основали самый дорогой открытый продуктовый рынок в мире: на площади посреди поселка Жуковка благообразные бабульки продавали килограмм помидоров за двести рублей, банку домашних грибов – за триста, а цена средненького арбуза доходила до полутора тысяч рублей (офигеть, да?).

Кстати, рублевские дачи – это тема для отдельной поэмы. Хит продаж – «мой личный Кремль»: красный кирпич, башенки, окна-бойницы и множество маленьких комнат, как в кремлевских теремах. Разнообразие не поощряется: дом можно отштукатурить – получается швейцарское шале, как его у нас представляют, а если еще приделать белые пузатые колонны – стилизация русской усадьбы.

Но даже на Рублевке архитектурная мода меняется. Правда, не слишком радикально. Последняя тенденция – «мой личный Версаль»: не комнаты, а залы, с огромными французскими окнами, зеркалами и колоннадами. Также обязательны – внушительная мраморная лестница при входе, золоченая лепнина и потолки, расписанные в стиле лже-рококо – амурчики, розовотелые богини, мужественные герои. Альтернатива – экологические дома: резные до полуобморока терема или скандинавский дизайн – дома-коробки, как магазины IKEA, только из дерева.