— AM.) и его правая рука, как раз Радионов. Хотя в нормальных странах этим занимаются сами журналистские организации. Естественно, функционеры прежде всего «продвигали» своих, лояльных к ним репортеров, я в эту категорию никогда не входил. Более того, постоянно находился и нахожусь в оппозиции.

И вот заблаговременно вхожу в зал коллегии ОКР, где должна состояться процедура распределения заветных аккредитаций на чемпионат мира-1998. Многие члены комитета по связям с общественностью, который возглавлял упоминавшийся Перетурин, с некоторой опаской и даже неприязнью посматривали в мою сторону. Я расположился в одиночестве и вроде не должен был никому мешать. Чуть позже остальных входит в зал «демократ» Радионов, он несколько нервно отреагировал на мое присутствие. Дескать, что делает здесь этот тип? Раздача аккредитаций, по словам Владимира Вениаминовича, — дело тонкое, негоже присутствовать чужим людям. Даже голосование устроили: оставаться мне в зале или уйти. Подавляющим большинством голосов решили, что Матвееву не место «под солнцем РФС», и я вынужден был удалиться. Забавная и грустная история одновременно. Путь на мировое первенство во Францию мне, конечно, был заказан, хотя на тот момент представлял солидную газету «Труд».

Возвращаясь непосредственно к проблемам футбола, замечу, что тогдашнее ведомство Колоскова и Радионова всегда оказывало беспрецедентное давление на представителей региональных федераций в преддверии очередных выборов главы РФС. Звонили, убеждали, грозили санкциями в случае «неверного» выбора. И, как правило, «послушные» чиновники помельче рангом беспрекословно выполняли указания своих московских начальников.

Теперь — широко анонсированная беседа с Радионовым. Я уже, собственно, как бы заранее ее прокомментировал, так что умолчу. Сами сделаете, без лишней помощи, необходимые для себя выводы.