Легенды Крыма; легенды Флоренции; легенды папуасов-киваи с острова Вату-вара. Прописано: на каком острове состоялось действие легенды, под какой горой в Крыму возник в итоге легенды некий источник целебной воды… Легенда частично основана на реальных исторических событиях. Отсюда непременный историзм легендарного фантастического допущения. Просто абстрактный упырь, вурдалак, гложущий кость на кладбище – вполне себе, если надо автору, сказочное допущение. А граф Дракула, валашский господарь Влад III, он же Влад Цепеш, воевавший с турками – легендарное допущение.

Этот тип фольклорного допущения, как нам видится, отличается от сказочного и легендарного тем, что миф тесно связан с очеловечиванием природы и персонификацией явлений. Боги, титаны – по большому счету, стихии или законы жизни социума. Этот крылатый за любовь отвечает, а этот – за брак. Этот – главный по морям, эта – начальница всей мудрости земной.

Дело не в том, что автор взял элементы мифа (героев, названия, местность) и ввел в свой текст. Дело в глобальности представлений внутри фантастического допущения, связанного с очеловечиванием нечеловеческих сил и явлений. Стоит ли приводить примеры? – вряд ли. Любой это сделает не хуже нас.

5. Мироформаторское допущение.

Создание новой реальности, так называемого «нового мира» – параллельного, перпендикулярного, альтернативного, волшебного, иной планеты, если речь идет о космоопере, и т.д. Причем это, естественно, может происходить и в рамках фэнтези, и в рамках НФ или социальной фантастики. В основу закладывается не изобретение, открытие или магия, не уникальный персонаж, не конкретное проявление, скажем, колдовских сил или мифологического героя. Здесь допущение – целый мир, не такой, как наш.

Мы неоднократно говорили, что принципиально новый мир выдумать невозможно.