- Скажите, - разводя руками, говорил один летчик, - такой молодой, а как щелкает. По два за вылет.

- И самого ни разу не сбивали и не зажигали в воздухе, - вторил ему другой. - Везучий!

Но вскоре произошел случай, который развеял недоумение соседей и убедил их в том, что Кожедуб вовсе не везучий летчик, а настоящий, подлинный ас, обладающий недюжинным талантом воздушного бойца. Летчик Отлеспый из полка, о котором идет речь, в горячие дни наступления был подбит в неравном воздушном бою и выпрыгнул из загоревшегося самолета. Он приземлился в нескольких метрах от первой линии наших траншей, и пока к ним дополз, испытал все неприятности минометного обстрела. Опустившись на дно сырого окопа, Отлеспый услыхал голоса пехотинцев.

- Э, да смотрите! В небе опять драчка разгорается.

Подняв голову, Отлесный увидел четверку "мессергамиттов", тех самых, что преследовали его подбитый самолет, и в самом их центре - одинокий "Лавочкин" с опознавательными знаками соседнего истребительного полка. "Трудно тебе будет вывернуться", - подумал Отлесный. Он увидел, как один "мессершмитт" зашел "Лавочкину" в хвост, как все больше и больше сокращалась дистанция. И вдруг произошло что-то необыкновенное.

Резким внезапным маневром "Лавочкин" метнулся вверх и через несколько секунд сам очутился в хвосте у немца. В ясном голубом небе сверкнула трасса, и "мессершмитт" пылающими кусками стал падать на землю.

А несколько мгновений спустя, запутав оставшихся гитлеровцев блестящим каскадом самых неожиданных фигур, неизвестный летчик сбил вторую фашистскую машину.

Два дня спустя Отлесный добрался на свой аэродром я тотчас же пошел на КП соседнего полка. В землянке находился один лишь оперативный дежурный. Остановившись у его столика, Отлесный спросил: