Лишь Холокост разрушил привычные связи, что позволило итальянским, ирландским, черным и латиноамериканским гангстерам прибрать к рукам доходные отрасли бизнеса, традиционно контролировавшегося евреями. Рокауей отмечает и другую особенность – еврейские дельцы с оттопыренным пистолетом задним карманом, в отличие от своих итальянских коллег, не стремились создавать «фамилии» и «династии». Наоборот, они всеми силами стремились отвратить детей от преступного промысла, вывести их в люди, дать образование и престижную профессию. Еврейские гангстеры занимались всем широким спектром криминальной деятельности задолго до того, как кто–то из отцов сионизма наивно провозгласил, что «мы станем настоящим народом, когда у нас буду свои воры и проститутки».

Виленская еврейская газета «Азман» рассказывает интересный случай. В 1905 году в гостинице обворовали всемирно–известного кантора Гершона Сироту. Бандиты согласились вернуть вещи и даже доплачивать ему по 25 рублей за выступление (а тогда это были большие деньги), если он перенесет их с субботы на будний день. Дело было не только в том, что публика приходила в субботу без кошельков, как требует религиозный завет. Проблема была в том, что и сами воры соблюдали заветы предков и в субботу не работали.

Русский читатель, знакомый «Ямой» Куприна или «Господином из Буэнос–Айреса» Шолом–Алейхема не удивится, встретив на страницах еврейской литературы или на театральной сцене еврея–сутенера. Повесть «дедушки еврейской литературы» Менделе Мойхер–Сфорима (1835–1917) «Стена плача» рассказывает о быте сутенеров и еврейских борделей XIX века. Профессор–историк Моти Залкин из Университета им Бен–Гуриона в Израиле даже посвятил целое исследование составлению карты еврейских борделей в Восточной Европе и Америке. Когда–то в Аргентине мне показали большой участок на еврейском кладбище в Буэнос–Айресе, где хоронили представительниц «древнейшей профессии».