- За что же отвечаю я? - растерялся Козлов.

- Вы, капитан, лично освечаете за поимку этого самого Сэма вмесе с его импотентом-комедиографом и за доставку их живыми или мертвыми к нам на беседу. Особое внимание обратите на то, чтобы ни одного слова не просочилось в печать.

- В этом можете не сомниваться, - заверил полковника Козлов.

- Как сказать, - Семинард постучал согнутым пальцем по столу. - И еще: с этого дня вам не следует появляться на Лубянке, держите связь через "сапожника" на Арбате. Может, будет что-нибудь новенькое для вас. Я лично послал шифровку Евлампию, чтобы он еще порылся по помойкам. Неплохо было бы получить еще одну кассету с записью их второго разговора, ну там, где будут объявлены явки и прочее.

- Еще одну кассету... - повторил Козлов, и тут его осенило. Ну конечно же! Как он не догодался раньше! Это же абсолютно очевидно! От своей догадки Козлов даже побледнел.

Полковник, заметив это, спросил с тревогой в голосе:

- Вам нехорошо, капитан? Дежурный! - гаркнул он в селектор. - Воды, живо!

- Не надо воды, товарищ полковник. - остановил его Козлов. - Мне хорошо. Мне отлично! Просто я подумал...

- Подумал? - удивился Семинард. - О чем же?

- Просто я подумал о том, что все это "утка".

- Где утка? - не понял Семинард и посмотрел в окно.

- Здесь "утка". Обыкновенная "утка" - дезинформация!

На этот раз побледнел Семинард.

Распахнулась дверь, и в кабинет влетел запыхавшийся дежурный со стаканом в руке:

- Кому воды, товарищ полковник?

- Мне. - Семинард медленными глотками осушил стакан, отослал дежурного. - Что вы такое плетете, Козлов?!

- Давайте рассуждать с позиций вероятного противника, - капитан сел на стул. - Откуда взялась эта кассета?