Юрий Игнатьевич, в процессе чтения мне не давал покоя еще один вариант названия этой книги, который так и напрашивается из Вашего повествования, — «Книга о жидах». Потому что этот термин красной нитью проходит через всю книгу. Вы нанизываете на него все новые и новые факты, вы показываете и толкуете эти факты сквозь призму жидовства. Это Ваше «право автора» (как Вы указываете). Однако насколько это оправдано? Да, верю, что в словаре Даля дается то толкование, которое Вы изложили. Однако Вы постарались «выкопать» старинный словарь Даля, так как действительно в переизданиях с 80-х годов этого термина нет. (У нас дома словарь Даля издания 1981 года.) Вы прекрасно знаете (см. Вашу книгу «Путешествие из демократии в дерьмократию»), что это слово четко ассоциируется с презрительной кличкой евреев, оскорбляет их достоинство. Так зачем же нужно вытаскивать это устарелое по смыслу слово (в еще одном варианте) на свет божий? Ведь можно найти столько слов в русском языке, которые тоже являют нам характеристику людей показанного Вами типа — обыватель, прихлебатель, мещанин, трутень, приспособленец, отщепенец, прихвостень и т. д. Ведь Вы, как мастер литературы, знаете, что в литературе бесконечное повторение одного и того же слова считается недостатком. Почему же не разнообразить литературное описание?

Я задаю столько вопросов и отвечаю на них так (это тоже мое право — «право читателя»). Вам нравится слово «жид». Вы упиваетесь им, считаете это удачной находкой. С одной стороны, никаких претензий по вопросу оскорбления евреев Вам предъявить нельзя (опять см. словарь Даля), а с другой стороны — все-таки привычные обидные ассоциации у большинства читателей появляются. Вот и у меня сложилось впечатление (которого не было после прочтения Вашего «Путешествия»), что к евреям Вы «неравнодушны». Или отношение к еврейскому вопросу у Вас с тех пор изменилось?