И так по всей стране. Впоследствии у меня даже появилось своего рода хобби: узнавать, в "А" или в "Б" учился человек. Познакомившись с кем-то, всегда задавал этот вопрос и ни разу не промахивался. Лишь один раз я сказал одному шофёру: "Знаю, в каком ты учился классе, в Б!" "Нет, — ответил тот. — Я учился в Г!"

Предполагалось, что в "А" попадают самые талантливые. Именно им заведомо отводилась ключевая роль в жизни. В "Б" будто бы шли люди из народа, не задумывающиеся о собственном будущем.

Поразительно другое. На всех олимпиадах, математических, физических, каких-то других, во всех конкурсах побеждал всегда "Б" класс. Я уж не говорю о спорте, где "бэшники" никогда не проигрывали.

Когда пришла пора поступать в институты, удивительно, но большинство выходцев из "Б" продолжили обучение, тогда как закончивших "А" всё преследовали всевозможные заминки.

Так работало чутьё обывателя. Ещё в то время, в середине шестидесятых, когда мы полетели в космос, были сверхдержавой, когда мы, казалось бы, победили, и нас ждёт светлое будущее, обыватель думал о грядущем в пораженческом ключе. Ага, нужно учить английский — это перспективно, все они чувствовали приближающееся поражение, и, может быть, подсознательно жаждали его. Удивительное обывательское чутьё.

"Да", — говорили "лучшие" люди, "мы приветствуем героев, тех, кто жертвует своей жизнью, кто погибает на фронтах, на стройках, совершает великие деяния. Всё это хорошо и прекрасно, мы славим их. Но вот наши дети, это всё не для них. Им бы лучше избежать этого. Избежать армии, трудностей. Им бы прожить хорошую, спокойную, перспективную жизнь". Вот что владело подсознанием целого поколения.