На этом участке фронта, где стоял отцовский госпиталь, было затишье, и отец решил недельки через две отправить меня домой. Но я сказал, что всё равно убегу на фронт. Но и отец был непреклонен. Не знаю, что вышло бы из нашего обоюдного упрямства, но начались бои, и до отправки меня руки не доходили.

Что же представляла собой такая ОРМУ? Это были очень важные и эффективные фронтовые медицинские подразделения. ОРМУ состояла из 10-12 и более “студебекеров” и санитарных машин с медперсоналом. Эти роты бросались на самые кровопролитные участки фронта, где планировалось или начиналось наступление или же шли тяжёлые оборонительные бои. Развертывалась ОРМУ на самых ближних подступах к передовой. Главная ее задача — оказание немедленной медицинской, прежде всего хирургической, помощи раненым, выносимым из боевых порядков войск. Ведь пока раненого доставят в медсанбат — а это два-три, иногда и более километров от передовой, — многие просто не доживали…

С прибытием ОРМУ, да и медсанбата, на место развёртывания в первую очередь ставились хирургические палатки. Из мебели и громоздких вещей — только складные операционные столы по количеству хирургов и необходимое медоборудование. Сразу же затапливались переносные портативные печки (на соляре, угле, дровах). На них водружались емкости с водой. Никаких железных коек и прочей мебели — только носилки. Их с ранеными ставили на доски, если такие были, или на вбитые в землю колья. Пока идет обустройство — бригада врачей сортирует раненых: первая, вторая, третья очереди, “безнадежные”… Ha каждые носилки — соответствующую бирку. Санитары подтаскивают носилки с ранеными в очередь к столам. И пошли операции, которые не прекращались, пока не будет прооперирован последний поступивший раненый. Прооперированных на тех же автомашинах сразу доставляли в пункты сбора для отправки во фронтовые и тыловые госпитали. Легкораненые самостоятельно уходили в медсанбаты.