– Мы с тобой договаривались, если акция по каким-то причинам будет сорвана, эти деньги я верну себе за счет твоего загородного дома в Плимуте. Или забыл?

– Не забыл, – расплылся в зловещей улыбке чеченец. – Только мы оба знаем, что ты сам не возьмешь его у меня.

– Да, я не стану опускаться до того, чтобы таким образом возвращать свои деньги, – с театральным пафосом заявил Блиновский. – Тем более что мы друзья.

– Мы не друзья, – неожиданно резко заявил Закир. – И я тебе ничего не должен.

– Поясни, – побледнел Блиновский.

– Все ты понял. – Закир положил руки на стол и слегка наклонился вперед. – Это не твои деньги, ты дал их мне не из своего кармана, тебе платят англичане. Наверняка они дают намного больше, а я получаю крохи.

– Да как?! – часто заморгал глазами Блиновский. – С чего ты взял?

– Ты давно нищий, – продолжал развивать свою мысль чеченец. – Если не так, разве стал бы переезжать из центра Лондона на окраину? Всем известно, что злость разорила тебя. Ты вынужден продавать яхты, самолет арендуешь, а дома сдаешь.

– Значит, когда у меня были деньги, ты уважал меня больше? – прищурился Блиновский.

– Ты не так меня понял. – Голос чеченца стал мягче. – Если бы я перестал тебя считать человеком, наверняка не приехал бы. Но я бросил в Москве все свои дела и прилетел в Лондон. Спроси у моих детей, я видел их после того, как сошел с трапа самолета? Только зять встретил меня и сразу привез в этот дом. Просто иногда ты начинаешь блефовать, это мало кому понравится. Зачем врать людям, с которыми делаешь одно общее дело?

– Не знаю, но ты говоришь о двух миллионах, как о двух копейках, – передернул плечами Блиновский.

– На месте деньги. Можешь не волноваться. Укрытие, где их спрятали, не пострадало. Там вчера был мой человек. Он видел это место. Его не тронул огонь, лишь трава немного горела. Просто вокруг много людей, и к нему сейчас не подберешься. Там не только деньги. На две группы оружия спрятано. Много чего…