Разумеется, с э т и м и ничего “страшного” не случится! Их покой оберегают помощники и охранники. Они живут в ином, параллельном мире, а потому равнодушны к нашим бедам и надеждам - до бесстыдства!

Знакомясь с моими инвективами, читатели могли решить, что я принципиальный противник в с я к о й сильной власти. Этакий анархист на манер нынешних антиглобалистов. Такое впечатление ошибочно. В беседе, которую я готовил для нашего журнала, президент Приднестровья Игорь Смирнов точно сформулировал: “Государство - это защита”. Таким оно д о л ж н о быть. Руководители государства призваны з а щ и щ а т ь нас. А кто же в здравом уме откажется от защиты?

Я сторонник сильной государственной власти.

Во-первых, потому, что п а т р и о т. Чтобы противостоять глобальным вызовам современного мира да и внутреннему российскому “нестроению”, нужен решительный, наделенный широкими полномочиями руководитель.

Во-вторых, потому, что я т р а д и ц и о н а л и с т. Сознание хранителя традиции насквозь иерархично. Причем речь следует вести не столько о социальной иерархии, сколько о “лествице” Бытия. Бог - человек -

и далее всё тварное многообразие занимают в традиционной картине мира каждый свою строго определенную ступень. Традиционалист не видит ничего зазорного в том, чтобы признать первенство старшего по духовному опыту, по возрасту и по чину. Включённость в иерархию делает и его собственное существование з н а ч и м ы м. В этой модели человек раскрывается как н е о б х о д и м ы й э л е м е н т не только социосистемы, но и мироздания. Как сказано в выдающемся памятнике древнерусской литературы - “Уряднике сокольничего пути”, написанном, по преданию, царем Алексеем Михайловичем: “Хотя мала вещь (в данном случае должность. - А. К.), а будет по чину честна, мерна, стройна, благочинна - никто же не зазрит, никто не похулит, всякой похвалит, всякой прославит и удивитця, что и малой вещи честь, и чин, и образец положен по мере” (“Изборник”, М., 1969).