аппарата, среди бумаг лежали как минимум две радиотрубки, мелодично потренькивал сотовый телефон, сам Гена сосредоточенно просматривал какие-то бумаги, прайс-листы, предложения, отпечатанные на фирменной бумаге с роскошными тиснениями, небрежно ставил на них резолюции, большинство из которых были отрицательные: "Отказать", "Отклонить", "Не вижу необходимости", и так далее - демонстративно давал понять, что такого крупного деятеля отечественного бизнеса, как он, совершенно не интересуют предложения таких козявок, как "Сименс", "Крайслер", "Фиат", "Золлинген", "Мулинекс" и тому подобное. Это, несомненно, засекалось каждым Гениным гостем, если, конечно, глаза у него были на месте, предназначенном для этого, а не на затылке и, по вполне реальному предположению Крокодила, здорово поднимало его шансы на заключение какого-нибудь выгодного договора. С другой стороны, как ни тряси бумагами с марками великих фирм, сколько ни устрашай посетителей телефонными трубками, денег от этого, как известно, не прибудет.

Но любимым занятием Крокодила Гены было не это. Он обожал женский пол - прекрасных мира сего. Он обожал волочиться за юбками, прыгал на все, что только шевелилось и раздвигало ноги. Один из способов овладения женщиной он разработал сам. От начала до конца, так что Крокодил Гена вправе, что называется, запатентовать его. А потом, совершив юридический обряд патентования, отправиться в места не столь отдаленные.

Всякий свой день Крокодил Гена начинал с чтения газет - он внимательно изучал всю петрозаводскую прессу, особенно тот раздел, где печатались объявления. Красным карандашом отмечал объявления типа "Ищу работу. Знаю английский язык и бухгалтерское дело". Эти объявления интересовали его больше всего, поскольку по части "английского и бухгалтерского дела" он и был настоящим специалистом.

Потом он звонил по телефонам, что были указаны в этих объявлениях, представлялся, не жалея слов, доверительным голосом, с томным придыханием расписывал свою фирму, затем обрывал монолог и говорил собеседнице: