Вы помните, Обручев приехал в Туркестан, чтобы помочь генералу Анненкову. «Аспирант при постройке» должен был развеять сомнения в целесообразности строительства железной дороги. Но первые его выводы были самыми неутешительными.

Как видел читатель, уже на следующий год взгляды Обручева начали постепенно меняться. Но тогда, во время доклада в вагоне, он был резок и непримирим.

Мы знаем теперь, что Обручев по первым своим впечатлениям сильно преувеличивал опасность заносов, а поспешный вывод его об усыхании рек был просто ошибочен. Годы спустя сам Владимир Афанасьевич, рассказав о своей первой экспедиции, о первом своем научном докладе, в заключение честно признает ошибочность своих первых выводов: «Анненков был прав. Железная дорога существует уже 60 лет, и пески не засыпали ее».

Нас, однако, все это интересует с другой точки зрения. Обратите внимание — молодой геолог и не подумал смягчить резкости своих выводов, хотя от генерала в немалой степени зависело его будущее, во всяком случае — его материальная обеспеченность на ближайшее время. А через шесть десятков лет убеленный сединами патриарх советских геологов не сочтет зазорным признаться в своей ошибке…

На склоне лет Владимир Афанасьевич напишет: «С самого начала своей деятельности я всегда старался понять и объяснить наблюдаемые факты и явления самым естественным образом, согласно законам природы, не мудрствуя лукаво».

Он доверял фактам, а не гипотезам. И если факты противоречили гипотезе… Что ж, тем хуже для автора гипотезы, сколь бы авторитетен он ни был.

В то время считалось, что Узбой — древний морской пролив, соединявший когда-то Каспийское море с Аральским, что участки такыров — бывшие морские лиманы или прибрежные морские озера, что сами пески пустыни Каракум имеют морское происхождение.