Матери я обязан хорошим знанием немецкого и французского языков, сохранившимся до глубокой старости. Книги на этих языках, не только специальные по геологии, но и общелитературные, я читаю свободно без помощи словаря, а по-немецки даже свободно и легко писал (не переводя с русского, а прямо сочиняя)…
Матери я также обязан знакомством с литературой о путешествиях, внушившей мне с детства интерес к природе, к чужеземным странам, морям и народам и побудившей избрать впоследствии специальность исследователя-путешественника. Я обязан ей также аккуратностью и добросовестностью в своей работе, которым она научила меня в детстве».
Весной 1880 года, когда до окончания реального училища оставался еще один класс, тяжело заболел отец. Его увезли в Петербургский госпиталь.
Теперь все заботы о семье легли на плечи матери. Три сына, четыре дочери, старшей из которых десять, а младшей — год. И половинный оклад больного отца.
Старшие дети почти самостоятельные: восемнадцать, семнадцать, шестнадцать лет. Уже в школьные годы Владимир Афанасьевич начал подрабатывать репетиторством. Он мечтал об естественном отделении физико-математического факультета университета, но реальное училище не давало права поступления в университет. Нужно было бы еще год готовиться, чтобы доедать латынь и греческий язык по программе классической гимназии. Теперь, когда заболел отец, об этом и думать было нечего. Приходилось примириться с мыслью о поступлении в одну из высших технических школ. Куда?