Первым, кого она встретила в коридоре, оказался Илья Погребинский, редактор юмористической странички. Более мрачного и ворчливого человека Марина в жизни не встречала. Он был высоким, тощим и носил длинные усы, которые напоминали пучок водорослей, зажатых между носом и верхней губой.

— К тебе прикрепили стажера, — сообщил Погребинский без предисловий.

— Ну да? — удивилась Марина. — И как он?

— Наглец. Полон юношеских амбиций.

Вдвоем они направились к кабинету Разгуляевой. Марина — отчитаться, Погребинский — посоветоваться. В руках он нес сверстанную страницу, исполосованную красным маркером. Жанна сидела за столом и, сложив губы бантиком, печатала письмо, то и дело путая клавиши.

— Ой, Марина! — воскликнула она, вскинув голову и похлопав ресницами. Поднятый ими ветер едва не сбил Погребинского с ног. — Вам тут звонили, а вас на месте не оказалось.

— Я была на уфологической конференции, — покладисто ответила та.

— Вы ездили в Уфу?!

— Уфологи — это не жители Уфы, — добродушно пояснила Марина, — а люди, которые занимаются неопознанными летающими объектами. Зоя Петровна на месте?

— Доложить?

— Пусть входят! — раздался королевский рык из-за двери.

Погребинский пробурчал себе под нос:

— Она слышит, как рысь.

У Разгуляевой действительно был потрясающий слух, и все, о чем говорилось «в кулуарах», она знала лучше завзятых сплетников. Сейчас главред сидела за столом, положив руки на пачку листов. На пальцах красовалось по меньшей мере пять колец — украшалась Зоя Петровна всегда от души и не знала в этом никакой меры.

— Что у тебя там в Бийске? — с места в карьер спросила она Марину. — Говорят, тебе из горных пещер отправили живую посылку. В посылке какой-то дед.

— Не может быть. Признайтесь, что вы пошутили.