- Так у Вас же статья с конфискацией!

- Уже яснее. Вот мой ответ: все когда-либо принадлежавшие мне автомобили куплены на заработанные мной деньги абсолютно легальным путём. Где находятся эти автомобили, и сколько их,  я не помню или не знаю. Надеюсь, что столь авторитетная организация, как Генеральная прокуратура, в состоянии выяснить этот вопрос, я обращаюсь к ней в Вашем лице за помощью  и прошу выяснить, где и сколько за последние десять лет есть моих автомобилей.

- А Лексус в Лиссабоне!? – не выдерживал Ионович.

- Ну и что? – недоумевал Павлов.

- Придёт время и мы доберёмся до Вашего заграничного имущества!

- Нет у меня имущества за границей. Формально, конечно. Всё записано на разных людей, а они не российские граждане.

- Не волнуйтесь, мы вызовем и допросим этих людей.

- Неужели это в Ваших силах? – недоверчиво изумлялся Павлов.

- Да, мы это можем, - отвечал, надуваясь как Воробьянинов, Ионычев и неожиданно делал профессиональный выпад: «А почему Вы ушли из банка?! Вы - успешный бизнесмен, - почему? Какой мотив?»

- Мотив – «расцветали яблони и груши, поплыли туманы над рекой!»

- А если серьёзно?

- Если серьёзно , то, в современной аранжировке: поплыли туманы по реке. Выходила на берег Катюша на высоком тонком каблуке».

- Не придуривайтесь. Экспертиза установила, что Вы психически здоровы. Или Вы решили симулировать? Я спросил, какой мотив.

- А я ответил.

- А вот мы адвоката спросим. Ирина Николаевна, Вы понимаете суть вопроса, заданного подследственному?