– Чем могу быть полезен, бэби?

– Я хочу, чтобы ты откопал для меня одного субъекта.

– Он что, пропал? В полицию ты уже обращалась?

– Все немного сложнее, мистер Люповиц.

– Называй меня Кайзером, бэби. Ладно, кто этот прохвост?

– Бог.

– Бог?

– Вот именно, Бог. Творец, Первичный Принцип, Первопричина Сущего, Всеобъемлющий. Мне нужно, чтобы ты отыскал Его для меня.

Психи забредали в мой офис и раньше, но когда они сложены как эта малышка, к ним поневоле прислушиваешься.

– На что Он тебе сдался?

– Это мое дело, Кайзер. Твое – найти Его.

– Извини, бэби. Ты обратилась не по адресу.

– Почему?

– Потому что я не берусь за дело, если не знаю всех обстоятельств, – ответил я, вылезая из кресла.

– О'кей, о'кей, – сказала она и, прикусив губу, нижнюю, подтянула, расправляя шов, чулок. Шоу предназначалось для меня, но я в ту минуту не склонен был покупаться на подобные фокусы.

– Давай покороче, бэби.

– Ладно, по правде сказать, я вовсе не натурщица.

– Нет?

– Нет. И зовут меня не Хэзер Баткисс. Я – Клэр Розенцвейг, учусь в Вассаре. Философский факультет. История западной мысли и все такое. Мне нужно написать к январю курсовую работу. Насчет религии Запада. Остальные наши ребята ухватились за спекулятивные темы. А я хочу знать. Профессор Гребанье говорит, что того из нас, кто откопает настоящий верняк, переведут на следующий курс автоматом. А мой папаша обещал мне «мерседес», если я получу «отлично».

Я вскрыл пачку «Лаки», потом пачку жвачки и сунул в рот и то и другое. То, что она рассказывала, понемногу пробуждало во мне интерес. Студенточка с закидонами. Высокий IQ плюс тело, с которым стоило познакомиться поближе.

– Как он выглядит, этот твой Бог?

– Я его ни разу не видела.

– Ладно, а откуда мне знать, что Он вообще существует?