Ну какая общность может быть у меня с неграмотным евреем из Эфиопии, который всю жизнь прожил в деревне и не вполне точно знает, как пользоваться унитазом. Или какая общность у меня с голландским евреем миллионером, чьи предки 7 поколений жили в Голландии и который вхож в сливки мировой элиты? Тем не менее, такая общность есть, и это в сущности только две вещи: еврейская религия и общий враг — арабы. Если бы и этого не было — Израиль взорвался бы изнутри.

Наши родители чувствуют себя здесь физически неплохо, они бодры, мой отец в 75 лет продолжает чинить всем соседям все что угодно, ездит на велосипеде, плавает в бассейне. Пару лет назад ему сделали операцию удалили варикозные вены на ноге. До этого он годами страдал от воспалений вен — сейчас и не вспоминает. Мама до сих пор немножко работала, пока не прогорел ее работодатель, теперь сидит дома. Кроме некоторых стариковских недомоганий, в основном здоровье них сносное. Я помню, в каком состоянии они уезжали из России 6 лет назад — чувствовали себя гораздо хуже. Но они часто хандрят — все еще не могут привыкнуть к чужому климату, к другому языку, к отсутствию рядом многих родных. Внуки поднимают им настроение на некоторое время, а потом снова они скатываются в депрессию и очень меня этим расстраивают.

Что касается путешествий по миру — мы успели съездить в Египет, в круиз по Средиземному морю, с заходом в Турцию, Грецию и на острова Крит, Родос и пока все. Сейчас пока младший ребенок маленький — особенно никуда не выберешься. Да если честно — не так уж и хочется. Когда это стало так доступно — желание поехать сильно уменьшилось. Например, Греция по всему так напоминает Израиль, что практически никакого интереса для меня не представила, если исключить некоторые исторические развалины типа Парфенона.

Что касается общения с людьми из разных стран — я это делаю ежедневно, поскольку в Израиле половина населения откуда либо приехала, сохранив свои языки и ментальность. Например, в отделении, где я работал, зав. отделением родился в Польше, его заместитель из Турции, старшие врачи — из Сирии, Марокко, Голландии, Румынии, медсестры из Эквадора, Аргентины, США. Ну и конечно полно нас — выходцев из России — повсюду и на всех должностях, пока, правда, кроме командных.