Тем временем люди на курсе начинали разбиваться на группки, и после учебы шли к кому-нибудь прорабатывать вопросы тестов. Экзамен проводится по американской системе дается вопрос и 5 вариантов ответа — нужно выбрать правильный. На экзамене дается около 200 вопросов, примерно минута для ответа на каждый, поэтому при подготовке нужно прорабатывать тысячи вопросов, чтобы добиться автоматизма. В небольшой группке это делать легче и удобнее, чем по одиночке. Обычно лекции кончались около четырех часов, затем автобусами мы добирались до «штаб-квартиры» — дома, где сегодня было можно посидеть позаниматься. Сбрасывались на какую ни будь еду, затем перекусывали и сидели над вопросами часов до шести вечера. Затем расходились по домам, дома передыхали, а потом снова садились учиться уже самостоятельно часов до десяти.

По предыдущим годам процент прохождения экзамена был около 40 %, это навевало грусть и тяжелые мысли — что делать, если не сдашь, обидно что пропадут такие усилия. А если и сдашь — где найти работу — слухи от ранее приехавших врачей, уже получивших лицензию, доходили самые безрадостные. Говорили что работы нет вообще, в лучшем случае могут взять добровольцем без зарплаты, лишь бы начать набирать местный опыт. К тому же лицензия выдавалась временная, ее меняли на постоянную только тем, кто отработал в местном медицинском учреждении не меньше года и получил хорошую характеристику от зав. отделением. С другой стороны, во многие места брали только с постоянной лицензией и местным опытом работы — получался замкнутый круг. Знакомые врачи — израильтяне утешали — как ни будь все утрясется, да и мы без особых оснований надеялись на лучшее, и продолжали зубрить.

Поскольку я жил в кибуце, добираться туда из больницы Бейлинсон приходилось на двух автобусах. Автобусы заходят в кибуц только 5 раз в день, и если пропустил очередной — то нужно было ехать до ближайшего городка, а оттуда идти пешком еще пол-часа до самого кибуца.