В успешно функционирующих многонациональных государствах (например, в Бельгии) нация участвует в выработке баланса интересов с нациями-сожительницами.

Первый признак пробуждения нации — это создание национального информационного поля. Если о погроме русских на окраине страны или о вымирании какой-нибудь русской деревни в центре станет известно по всей России, значит информационное поле функционирует. (Гонцам с вестями сегодня не надо пробираться через непролазные леса как в 1612, техническая скорость информационного обмена уже практически сравнялась с физически возможной.) Системы информационной защиты (нациммунитета) должны мгновенно реагировать на болезнетворные вирусные коды.

Второй признак пробуждения нации — способность наложить руку на свои имущества. Тогда и закончится двухсотлетний отток русской собственности на вампирствующий Запад. Только нация может положить конец бесцельному изнурению народа и поломать сосущую вампирскую горизонталь.

Третий признак — принятие на себя ответственности. Нация не может сваливать свои проблемы на государство. Нельзя требовать от государства, чтобы оно защищало права нации или ее материальные и духовные ценности, если сама нация этого не делает. (В перспективе государство, некогда созданное нацией, должно быть, так сказать, национализировано.)

Четвертый признак пробуждения нации — это ее открытость, способность впитывать самые различные этнические элементы, не отвергая кого-либо из-за цвета глаз, формы носа и прочей «косметики». «И собрашася разные народы — и варязи во Киеве и прозвашася „русь“». Нация не равняется этносу, точно также как и нервная система не равняется телу. И попытка поставить этнос над нацией (этнонационализм) — это то же, что ставить мыщцы и кости выше мозга.