Вслед за комендантом бросилась примолкшая было группа военных и штатских, все они вразнобой закричали: "У меня же срочный груз! Требую вне очереди!"

Шапошников вернулся к эшелону.

- Ну, что там? - спросил его полковник Малинов.

- Придется разгружаться прямо здесь. Платформа разбита, впереди скопище горящих вагонов. Пути, конечно, тоже разбиты. Ближе не подъехать, - вздохнул Шапошников.

- Давайте команду на разгрузку. Я - к Яманову.

Шапошников, встав у первого вагона, посмотрел вдоль эшелона и резко махнул рукой, давая тем самым наблюдателям знак на разгрузку. Через несколько минут вся насыпь вдоль состава была заполнена людьми. Артиллеристы скатывали по доскам орудия, сводили упиравшихся и ржавших лошадей, из вагонов на повозки начали перегружать ящики со снарядами. Командиры строили своих бойцов.

- Ну, вот и приехали, - сам себе сказал лейтенант Вольхин. После долгой езды хотелось размяться, побегать.

- Смотри, как здесь бомбили, командир, - кивнул головой в сторону воронок под насыпью сержант Фролов. - А народу-то нас - как муравьев!

- Посмотри, не осталось ли чего в вагоне, - перебил его Вольхин. И через несколько мгновений: - Взвод! В две шеренги - становись! - подал он команду, дублируя ротного. - Оружие и снаряжение - к осмотру!

Полковник Яманов нашел Малинова у эшелона в группе его командиров и отозвал в сторону:

- Железнодорожники говорят, что дальше поезда не ходят, пути разбиты, а фронт в районе Минска. Я часть своих людей направил в город выяснить обстановку, часть - снова искать коменданта и добиться от него хоть каких-нибудь сведений. Сам сейчас еду в город искать местное начальство. Вам задача: быстро построить людей, все проверить и вывести за город, вот сюда, - Яманов расстегнул планшет. - Смотрите. Оборону займете вот здесь, показал он на карте. - Да, семь километров западнее Орши. Сердюченко! позвал он начальника оперативного отделения своего штаба. - Оставишь здесь Реутова, пусть встречает здесь эшелоны и всех направляет к Малинову, как договорились. Все по местам!