- Товарищ комиссар, вас майор Московский срочно зовет, - подбежал к Васильчикову красноармеец.

Командир 1-го батальона майор Московский, несмотря на войну все еще краснощекий и полный, сидел на чердаке одного из домов и смотрел на раскинувшееся впереди поле.

- Ну-ка, глянь, - передал он бинокль подошедшему Васильчикову.

И в туче пыли хорошо было видно, как колонна танков из дальнего леса дорогой шла к селу.

- Сколько насчитал?

- Пятнадцать. Да еще часть, несколько единиц, с пригорка спустились в ложбину, не видать. В общем, тридцать, это самое малое. Теперь смотри налево.

Со стороны Давыдовичей тоже шла колонна, но не танков, а автомашин с пехотой.

- У тебя есть связь со штабом полка? - спросил Васильчиков.

- Конечно. Скворцов, дай первого, - приказал Московский стоявшему за спиной сержанту.

- Товарищ первый? Иван Григорьевич, это Васильчиков. Я у Московского... Танки, примерно в километре от нас, не менее тридцати. От Давыдовичей мотопехота подходит... Бери, тебя, - подал он трубку Московскому.

Майор Московский все эти минуты лихорадочно думал: "Что делать? Принять бой в явно невыгодной позиции и против превосходящего противника или просить разрешения отойти на исходный, на опушку леса, где вполне можно удержаться?".

- Слушаю, товарищ полковник. Как чувствую себя? Неважно. Не удержаться здесь, боюсь - раздавят. Стоит ли рисковать? Есть. Понял, товарищ полковник.

- Ну, что?

- Отходить! Ротных ко мне, быстро! - дал команду сержанту майор Московский.

Он снова стал смотреть в бинокль на поле. "Метров восемьсот... Десять танков пошли влево, на соседа, - с облегчением подумал Московский, - а эти, значит, на нас".

В бинокль хорошо было видно, как с грузовиков посыпалась немецкая пехота. Развернувшись в линию взводов, она споро пошла за танками, которые медленно ползли вперед. "Четко воюют", - смахнул Московский пот со лба и посмотрел на Васильчикова. У того лицо было как всегда спокойным, только со сжатыми до белизны губами.