Ведь понятно же, что из нескольких миллионов советских военнослужащих, попавших в плен в 1941 году, большинство составляли солдаты, хотя и офицеров было предостаточно. Армия была разгромлена из-за неумения, а не нежелания, воевать, из-за явного превосходства немецкого офицерского корпуса над советским, из-за сталинской кадровой политики, в результате которой армию наводнили офицерами, окончившими шестимесячные курсы. Вот поэтому немецкие корпуса повсеместно громили советские армии, воюя головой, а не ногами. Немецкие офицеры никогда не посылали своих солдат на верную смерть в бессмысленные атаки, старались найти и находили обходные пути или пробивали при помощи штурмовых орудий брешь в обороне противника, прежде чем начать наступление.

Большинство советских армий летом-осенью 1941 года было разгромлено в результате их окружения. В немецких «котлах» под Белостоком и Львовом, Минском и Смоленском, Уманью и Киевом, Брянском и Вязьмой, в Ногайской степи и на Керченском полуострове без снабжения боеприпасами, горючим и продовольствием оказывались по вине Верховного Главнокомандующего сотни тысяч военнослужащих, выполнявших его приказ «ни шагу назад». Потери первых дней войны, масштабы произошедшей катастрофы поразили всё руководство страны и армии. Реакцией Москвы, как всегда, стал поиск не причин, а виновников катастрофы. Армейские штабы наполнились следователями. Могли ли они указать на того, кто был виноват в отсутствии на кораблях гидроакустики, а на флоте тральщиков, из-за чего он оказался бессильным в борьбе с подводными лодками и минами. На аэродромах не было бензозаправщиков, а связь в стране была такой, что и через 8 дней после начала войны немцы заставали советские подразделения врасплох. Кто был виноват в том, что создание и производство военной техники опережало строительство современной армии, проводимое к тому же малограмотными и бездарными людьми. Зато «козлов отпущения» нашли. В самом начале войны им стал командующий Западным фронтом генерал Павлов со своим штабом, отдавший утром 22 июня приказ «действовать по-боевому», когда ещё не был отменён сталинско-жуковский приказ «не реагировать на провокации…».