По взглядам командования военно-воздушных сил, наиболее эффективным использованием тактической авиации при совместных действиях с войсками является ее применение для изоляции района боевых действий, то есть для нанесения ударов по линиям коммуникаций, а также резервам и боевой технике на подходах к полю боя. В связи с этим в Корее до 90 процентов общего количества самолето-вылетов приходилось именно на этот вид боевых действий и только около 10 процентов вылетов отводилось на непосредственную поддержку войск на поле боя.

Такое распределение сил и средств тактической авиации ни в коей мере не удовлетворяло командование сухопутных войск, которое считало непосредственную поддержку войск на поле боя основной задачей тактической авиации. Более того, командование сухопутных войск настойчиво требовало передать тактическую авиацию в его оперативное подчинение на период совместных боевых действий и желало самостоятельно ставить ей задачи, исходя из наземной обстановки и нужд войск. Свое требование оно обосновывало тем, что летный состав тактической авиации подготавливался по программам, соответствовавшим взглядам командования ВВС, и поэтому был недостаточно обучен действиям по объектам на поле боя, что часто вело к обстрелу и бомбардировке своих войск.

Характерным в этом отношении является мнение бывшего командира действовавшего в Корее 10-го армейского корпуса генерал-лейтенанта в отставке Альмонда. В статье «Ошибки в методах поддержки наземных войск авиацией в Корее», опубликованной в журнале «Юнайтед Стейтс ньюс энд уорлд рипорт» 6 марта 1953 года, он писал, что американское командование не сумело организовать в Корее эффективной системы взаимодействия между авиацией и сухопутными войсками.