Несколько дней спустя, воспользовавшись солнечной погодой, я отправилась после полудня в Кембрийский лес

Содержание статей вполне соответствовало загадочной символике обложки. Их авторы изъяснялись на своеобразном языке, изобиловавшем терминами, заимствованными из санскрита, а также экзотическими выражениями, происхождение которых оставалось для меня неясным. Должно быть, это принятая в секте манера выражения, подумала я, памятуя о том, что многие пиетисты

Если язык, на котором писали сотрудники «Мудрости», показался мне причудливым, то теории, которые они излагали и, более того, развивали с крайней безапелляционностью, выглядели не менее странно.

Много, очень много времени прошло с тех пор, но я представляю себе эту сцену столь живо, будто она происходила лишь вчера: лучи солнца пронизывают листву и пестрят траву пятнами света и тени; я, совсем еще юная, сижу на скамье, просматриваю лежащий у меня на коленях журнал и, помнится, восклицаю вполголоса: «Эти люди сошли с ума!»

Так или иначе, но именно им было предначертано Судьбой сыграть в моей жизни весьма важную роль и ввести меня в качестве доброжелательной, но не теряющей здравомыслие наблюдательницы в шумное и пестрое сообщество путешественников, бороздящих без компаса смертельно опасный океан грез и фантазий.

Впоследствии моя подруга уехала из Англии, однако любезная миссис Морган продолжала не только регулярно снабжать меня «Высшей Мудростью», но и другими аналогичными изданиями.

В результате я узнала о существовании довольно значительного количества небольших сект, схожих с той, что издавала журнал «Высшая Мудрость», одинаково кичащихся своим исключительным правом собственности на эзотерические учения, овладение которыми якобы открывало посвященным доступ в высшие духовные сферы, неведомые невежественной толпе.