Многие поколения русских поэтов, начиная с Константина Батюшкова, обращались к Байрону. О нем написаны замечательные стихи. Существуют переложения его лирики и поэм, по своей творческой смелости и точности составляющие гордость искусства поэтического перевода.
Об этом когда-нибудь будет написана особая книга. А мы лишь назовем имена тех, чьи переводы цитируются в этом рассказе о Байроне: поэты А. Блок, И. Бунин, B. Жуковский, Вяч. Иванов, И. Козлов, М. Лермонтов, С. Маршак, К. Павлова, А. Плещеев, А. К. Толстой, И. Тургенев и мастера поэтического перевода – А. Арго, Т. Гнедич, М. Донской, М. Зенкевич, C. Ильин, В. Левик, А. Парин, А. Сергеев, В. Топоров, Г. Усова. Жизнь Байрона заполнена напряженным ожиданием великого переворота, который изменит все течение жизни на земле. Она озарена мятежными порывами, противоборством деспотизму, поисками настоящего дела, достойного лучших душевных побуждений человека. Она отмечена разочарованиями, отчаяньем, достигающим крайностей, и безысходной тоской, и верностью идеалам справедливости, разума, добра – как ни глумилась над этими идеалами реальная жизнь.
И хотя полтора с лишним столетия отделяют нас от эпохи Байрона, все еще ясно различим свет этой звезды, которая ослепительно вспыхнула над тогдашней Европой, разрывая окутавший ее мрак.
Еще и сегодня сияет это «солнце бессонных», пленившее стольких сверстников Байрона и почитателей его поэзии, эта скорбная падучая звезда, чей луч не затеряется в отблесках иных планет, вспыхнувших на небе поэзии за те годы, что пролегли между Байроном и нами.
«…Я брошен был в борьбу со дня рожденья»
Как пену жизнь История смывала.
Все унося: и радость, и беду.
«Лорд Бейрон происходит от царей: шотландский король Иаков II был предок его по матери». Такое примечание сделал к своим стихам, посвященным памяти Байрона, русский поэт Иван Козлов. Почему-то в России на первых порах укоренилась привычка именовать Байрона – Бейроном. Так его называл восхищавшийся им декабрист Кондратий Рылеев. А Жуковский, подшучивая над увлечением Пушкина британской музой, обращается к нему в письме: «Слышишь ли, Бейрон Сергеевич».