Шостакович родился в ин­теллигентной семье в столице и всю жизнь прожил в Ленинграде и Москве в атмосфере искусства. И о нём сразу же повеяло: гений! А его гениальный ро­весник Шолохов всю жизнь прожил в деревне среди мужиков. И сразу после выхода первой книги «Тихо­го Дона» пополз слушок: плагиатор... Да не слушок, а прямые обвинения и в молодости и в старости - от злобного пигмея Солженицына. Слава Богу, ниче­го подобного Шостакович не знал. Не приходилось Шостаковичу, как Шолохову тайно ночью бежать из родного дома от грозившего ареста и расправы. Не знаю, когда и как умерла мать Шостаковича, а мать Шолохова погибла под немецкими бомбами. А вспомним других русских гениев. Композитора минула участь Пушкина и Лермонтова, изведавших ссылки, надзор и погибших на дуэли в тридцать семь и в двадцать шесть лет, и судьба Достоевского, по­знавшего каторгу и умершего в шестьдесят, и муки Льва Толстого, спастись от коих он надеялся бег­ством ночью из дома, и нищенские скитания по Руси Горького, и роковые решения Есенина и Маяковско­го... Так о чём же речь? Какой страдалец? Ничего из помянутого не изведав, в почёте и славе в полном достатке и благополучии, осыпаемый наградами и премиями, прожил до семидесяти лет. Между про­чим, никому из великих русских композиторов про­шлого такой срок судьба не подарила. Глинка, Боро­дин, Мусоргский, Чайковский, Римский-Корсаков... Только последнему посчастливилось перевалить за шестьдесят, а остальные - сорок-пятьдесят лет с не­большими хвостиками. Но ничего из этих соображе­ний не интересует Волкова, ему нужна сооружённая им конструкция для клеветы на Советскую эпоху.

Гений и злодейство

Владимир Бушин - Владимиру Спивакову, Народному артисту СССР

Мне не смешно, когда маляр негодный Мне пачкает Мадонну Рафаэля,



18 из 227