- Пойдем отсюда, Сережка! - Лариса подхватила спутника за руку. - Стоит ли тратить сумасшедшие деньги на прихоти?

- Стоит! - упрямо заверил Коломнин. - На тебя - стоит!

Лариса улыбнулась:

- Тогда, раз уж решился, перестань мучиться и дай ему шестьдесят долларов. Уверяю тебя, останется доволен!

Она посмотрела на озадаченное его лицо и расхохоталась:

- Языки учить надо, юноша! Сиксти - это как раз шестьдесят. Добавь пять долларов, и цветы доставят прямо ко мне в отель, - она обменялась с разочарованным продавцом несколькими репликами на английском и увлекла кавалера дальше. - А вообще - спасибо.

- За цветы-то? Оно того не стоит.

- За цветы тоже, - Лариса поколебалась. - Расскажу все-таки. Подобное у меня было один раз. Я была студенткой, и меня тогда изо всех сил обаял один аспирант. Все замуж звал. А я... хоть и нравился, но вертихвостка та еще была. Так что динамила от души. И как-то затащил он меня в меховой салон. Решил подарить шубу. А сам-то, я знала, жил в общаге, помощь от родителей не принимал, хотя все были в курсе, что батюшка вполне при больших деньгах. По ночам какие-то фуры разгружал, чтоб было на что угощать. Единственно - на День рождения перед тем ему отец "девятку" подарил. Перламутр. Тогда это самый писк был. Против машины не устоял - принял. Очень гордился. Хвоста распускал, когда по Москве рассекали. Вот на ней и подъехали. Только не в тот отдел черт его дернул зайти, - в шубах-то не разбирался. Так что примеряла я норку. Смотрелась, видно, удачно. Он аж зарделся:

- Берем!

- Ради Бога! - и выписывают чек на нынешние две тысячи долларов.

А у него, бедолаги, на все-про все где-то триста в заначке.

Я, конечно, снимать шубу. Да и мерила больше, чтоб подурачиться. Гляжу, побелел:

- Сказал, твое. Значит, носи!

Директора истребовал. Документы и ключи от машины вынул: