Ответив на приветствие партизан и кивая на оконце, за которым шумели прибывшие отряды, Ермолов шутливо сказал:

- Вы обращаете мою квартиру в вертеп разбойников... Что скажете? Бонапарт в Москве?

Главнокомандующий и погибший в Бородинском сражении князь Багратион ученики великого Суворова - называли императора французов его корсиканским именем, как бы подтверждая свое неизменное и презрительное мнение об "узурпаторе". Так же именовал Наполеона и Ермолов. Он считал себя генералом суворовской ориентации.

- Пленные показали, что по Калужской дороге идет дивизия Брусье...

- Что еще?

- По Боровской дороге движутся неизвестные колонны...

- Неизвестные?! - Ермолов с насмешливым удивлением посмотрел на Фигнера.

В длиннополом неопрятном казакине Фигнер и правда походил на разбойника; наряд его дополняла гусарская сабля и пистолеты, заткнутые за пояс. Говорил он уверенно, громким голосом; его круглое лицо с начесанными на лоб редкими волосами и словно бы сонными, небольшими глазками казалось лицом очень спокойного и благодушного человека.

- Давно ль стал ты пленных-то брать? - Ермолов укоризненно покачал головой. - Знаю ведь о твоей чрезмерной жестокосердости... и не одобряю ее.

Фигнер хладнокровно пожал плечами.

Рассказывали, как при отступлении из-под Смоленска Фигнер увидел разоренную сельскую церковь, а в ней трупы священника и замученных озверевшими мародерами малолетних девочек. Фигнер побледнел, глаза его вперились в тела убитых. Положив руку на алтарь, он в присутствии своих солдат поклялся мстить врагам без снисхождения и пощады.

- Совместно с Александром Самойловичем мы рассеяли конвой обоза, шедшего из Москвы, - докладывал, в свою очередь, Сеславин; в отличие от Фигнера, на нем был аккуратно пригнанный конноартиллерийский гвардейский мундир с черным воротником и красной выпушкой. Собираясь к начальнику штаба, Сеславин прикрепил на грудь ордена: Анны 2-й степени и Владимира 4-й степени. Он поминутно поправлял иностранный крест под воротником, будто смущаясь устремленных на него глаз и особенно - пристального, тяжелого взгляда Ермолова.



4 из 102