- Это когда холодный воздух падает на теплую землю... Нет! Теплый на холодную...

Громобой видит невразумительные потуги Арика, но кивает Калистому. Тот вскакивает и на едином выдохе отбивает с частотой скорострельного пулемета ШКАС:

- Окклюзия циклона - вытеснение теплого воздуха в высокие слои атмосферы холодным воздухом. Сопровождается образованием слоисто-кучевых, кучево-дождевых, высокослоистых и перистых облаков. Грозит туманами, моросью, болтанкой, грозами, обледенением!

Удовлетворенно кивнув, Лящук старательно выводит в журнале Калистому пятерку, мне - двойку, Арику - тоже двойку:

- Доложите старшине о соответствующем количестве баллов.

Арик сунулся было: "Мне-то за что?!" Но вовремя умолк. Громобой, рассвирепев, может поставить и единицу. О ней пришлось бы докладывать самому командиру эскадрильи майору Золотарю, а тот был скор на расправу. Лучше уж порадовать старшину. Ему теперь не надо ломать голову, кого назначать в наряд. Контрольно-пропускной пункт нам не доверят, в карауле были только что, прямая дорога - на кухню. Там станем рубить прелые осиновые чурки, выковыривать глазки из картошки после машинной чистки, чистить котлы величиной с царь-колокол...

Следующий урок метеорологии через три дня. Успеем оклематься.

Мы ненавидели метеорологию так, как можно ненавидеть кровного врага. Переводили нас с курса на курс лишь благодаря тому, что мы успевали по другим предметам, и начальнику УЛО*, очевидно, приходилось уговаривать Громобоя ставить нам переходную тройку.

_______________

* Учебно-летный отряд.

Закончив училище и попав в полк, который перегонял машины с заводов в строевые части, метеорологией мы стали заниматься меньше. Общение с синоптиками ограничивалось теми минутами, когда они знакомили нас с метеоусловиями по маршруту или когда мы в полете докладывали о наблюдаемой погоде. А после посадки давали им на подпись полетный лист.