О З. и его «Человеке…» Тыщу раз ему было говорено (З.): научитесь сначала рисовать — ногу, титьку, ж…у, — и только потом принимайтесь писать маслом и — тем более — заниматься разложением пространства в стиле Пикассо. В основе литературы — всегда реализм, умение написать титьку, ссору, пьяный разговор и увязать все это в единый сюжет, скрученный туго, наподобие каната. З. за его формальные упражнения — били, бьем и будем бить. Пусть сначала докажет, что умеет писать, как писали до него, а потом — ради бога! — пусть развивает классику дальше. Такова моя точка зрения. «Человек…» — это абстрактный анекдот, растянутый на 50 страниц. Не потерплю! НЕ!
15.04.77
Дорогой Боря!
Последнее Ваше письмо настигло меня в больнице, так что сразу ответить я не смог. Неужели я ухитрился два месяца Вам не писать? Нет мне прощения. Но, вероятно, я замотался сначала, а потом заболел, а потом болел-болел да и угодил в больницу, причем сразу же — под нож. Вырезали мне гангреновый желчный пузырь, а заодно вышибли два передних зуба во время анестезии. Так что сейчас я снова дома без желчного пузыря и без зубов, но зато с огромным четвертьметровым шрамом на все брюхо (так называемый «разрез Федорова»).
Шрам почти уже зарос, но зубы еще предстоит вставлять. Работа, конечно, вся полетела к чертям. Бедный Аркадий в Москве отдувается за двоих.
Вот и все мои новости.
А за Ваши — пусть небольшие — успехи я рад (…или надо было сказать Вашим… успехам? Отвык от машинки — раньше пальцы сами набирали нужные обороты).
7.06.77
Вы меня удивляете своим приговором рыбаковскому «Доверию».