— В этом я не сомневаюсь, — перебил Шейн. — Но что вы теперь продаете?

— Информацию, мистер. Хорошую секретную информацию. Она у меня всегда наготове, понимаете? Но только за бабки. Я ничего не даю просто так. Нет, сэр! Этот урок я уже хорошо выучила. Ну, сколько вы за это дадите? Говорите, сколько вы готовы заплатить бедной девушке?

— О чем информация? — терпеливо спросил Шейн.

— О, вы это отлично знаете. Послушайте, я могу раскрыть перед вами это дело. Полностью раскрыть. Вот так! — Мэй вяло растопырила пальцы. Потом она поджала губы и с умным видом кивнула. — За это стоит заплатить. И не спорьте со мной!

— О каком деле идет речь?

— Не пытайтесь меня дурачить! О том, которым вы сейчас занимаетесь.

— Сейчас я не работаю.

Мэй прищурилась и недоверчиво посмотрела на детектива.

— Не пытайтесь меня обдурить! Я знаю, о чем вы думаете. Вам кажется, что вы сможете все выудить у пьяной дуры и ничего не заплатить? Вот в этом вы ошибаетесь, мистер! Я пьяна, конечно, но не до такой степени. Нет, будь я проклята! Я знаю, что вы расследуете, и знаю, сколько будет стоить вам моя информация. Кусок, вот сколько! Ровно тысячу. И вам придется их выложить, прежде чем я заговорю.

— А над каким делом я работаю? — еще раз попробовал Шейн.

— Вы отлично знаете, что сегодня вам звонил Альберт Пейсон. Ладно, об этом даже в газетах писали. Кокопалмский «Голос» опубликовал очерк на всю первую страницу. Попробуйте-ка это отрицать!

— Я ничего не отрицаю, — мягко сказал Шейн.

Он, нахмурившись, посмотрел на свою потухшую сигарету и бросил ее в стоящую в углу пепельницу. Большим и указательным пальцами правой руки он помассировал мочку левого уха и осторожно спросил:

— Допустим, что я работаю по делу в Кокопалме. Почему я должен платить за информацию, которая к нему относится?