Дальше приводится в действие непобедимая сила денег. 50 000 человек, получивших по $100 аванса (с обещанием дать еще по $200 после победы — очень немалые средства по меркам российской провинции) доставляются самолетами и поездами в незамерзающую Москву. Здесь к ним присоединяются еще 15 — 20 000 тысяч подмосковных молдаван, узбеков и таджиков, трудно живущих ожиданием депортации. Пройдя сквозь неподкупных столичных ментов, как нож сквозь голубое сало (вспомним покойных героев мюзикла Мовсара Бараева и Абу Бакара), отмороженные гости столицы проникают в центр города. Где сплачиваются и в мгновение ока (а кто остановит семидесятитысячную толпу?!) оказываются на Красной площади. И начинают бессрочный митинг за отставку президента. Вскоре к ним присоединяются представители парламентских партий КПРФ, СПС и «Яблоко», а также отдельные, наиболее дальновидные члены «партии власти». Средства массовой информации, стоящие на позициях элиты 90-х годов, активно поддерживают митинг. Государственные телеканалы — последнее, на что может рассчитывать президент, — относятся к происходящему довольно индифферентно. Как телевидение 1991 года — к рассыпающемуся на глазах Горбачеву.

Что в такой ситуации может сделать Путин? Выйти к народу и развернуть его на 180 градусов? Но у Путина нет опыта управления толпами. И народ не воспринимает президента в роли трибуна, готового залезть на танк и въехать на нем куда угодно. К тому ж и организаторы митинга не позволят президенту говорить с коммерческим народом. И путинская охрана не даст.

Разогнать митинг? Но нет сегодня силовой структуры, которая выполнила бы такой приказ. Армия будет стрелять в толпу лишь в том случае, если поймет, что за спиной у нее есть спасаемая таким образом страна.