Интересно, что в большинстве стран (по косвенным сведениям – и в России, хотя из текста Патентного закона РФ это напрямую не следует) само по себе использование запатентованного изобретения – ещё не преступление. Можно годами производить продукцию с использованием изобретения, на которое имеется действующий патент, принадлежащий третьему лицу, и ничего за это не платить, и так до тех пор, пока обладатель патента сам не обратится к производителю с предложением либо заключить лицензионный договор, либо прекратить производство. Использование запатентованной технологии или изобретения для личных некоммерческих нужд согласно действующиему закону вообще не считается нарушением патента.

Еще один интересный факт состоит в том, что (во всяком случае, в России) держателя патента, который уклоняется от заключения лицензионных договоров с производителями при наличии спроса на соответствующую продукцию на рынке, можно принудить заключить лицензионный договор, причем на условиях соразмерной (а не устанавливаемой в одностороннем порядке) денежной компенсации.

Уже выданный патент может быть признан недействительным, если будет доказано, что аналогичное изобретение или другая патентуемая сущность уже существовала на момент подачи заявки и информация об этом была публично доступна.

Коль скоро результаты интеллектуальной деятельности, охраняемые патентом, могут быть получены независимо другими лицами (в чем и состоит их принципиальное отличие от объектов авторско-правовой охраны), всегда имеется вероятность поступления в соответствующий государственный орган более-менее аналогичных независимых заявок. В этом случае «побеждает» та из них, которая была подана раньше. Хрестоматийным считается пример с патентом на телефон: заявка Белла была удовлетворена, а заявка Элиза Грея на аналогичное (хотя и построенное на других принципах) устройство, поступившая всего на два часа позже заявки Белла, была отклонена.