- Нам пора. - Следователь ещё раз сверился с листком протокола и посмотрел на Настю: - Нам пора, Настасья Кирилловна.

Симментальская корова в черной юбке даже возразить не посмела. И покорно поплелась за следователем.

...Патологоанатом нагнал их у самого выхода и бесцеремонно ухватил Настю за руку.

- Простите, пожалуйста... Вы не страдаете аллергией?

- Да... - Настя удивленно подняла выгоревшие брови. - Откуда вы узнали? На крыжовник...

* * *

...Записная книжка, портмоне со смехотворной суммой в тринадцать рублей сорок шесть копеек и ключи - вот и все, что досталось ей в наследство от Кирюши. Плюс листок с описью - чтобы не заблудиться в квартире брата на первых порах.

- Он не оставил никакой записки? - вежливо спросила Настя у следователя.

- Записки?

- Когда кончают с собой, то обычно оставляют записки. - Господи, неужели это говорит она, и к тому же таким казенным и безразличным голосом? - Вы следователь, вы должны знать. "В моей смерти прошу никого не винить..." Или что-нибудь в этом роде...

- Нет. Никаких записок не было.

- Я знаю Кирюшу. Он просто не мог покончить с собой.

- Вы не видели его несколько лет.

- Это ничего не меняет. Я никогда не поверю, что мой брат...

- Дело закрыто. И поверить вам придется.

Настя перевела дух. Дело закрыто, и бессмысленно что-то доказывать этому человеку. Человеку из Большого Города. А Кирюша был Человеком из Маленького Городка. В маленьких городках совсем другие отношения со смертью. Гораздо более почтительные. Никто не станет ломиться к ней без спроса.