Я не знал другой женщины, которая могла бы в течение минуты высказать все, что о тебе думает, или быстро и точно изложить цель своего звонка. Наверное, специфика работы играла здесь не последнюю роль — Зойка трудилась в рекламном агентстве. Она имела кучу преимуществ перед другими женщинами прежде всего потому, что, как и я, не выносила скандалов и долгих разбирательств. Она не терпела занудства и, если обижалась на что-то, быстро отходила. Мы прекрасно ладили друг с другом, пока были вместе.

— Родион! — Зойка повторила мое имя, что тоже не в ее привычке, и вдруг заплакала.

Это было совсем паршиво. Выжать из нее слезу не легче, чем воду из камня.

Наконец она заговорила. То, что я услышал, сначала пригвоздило меня к месту, а потом заставило усомниться в ее нормальности. Меньше всего это походило на розыгрыш.

— Какой тру… — заорал было я, но тут же прервал себя на полуслове, потому что в комнату входил мой сослуживец.

А Зойкин голос продолжал биться в трубку и молить о помощи.

— Я буду у тебя через сорок пять минут. — Я нарочно говорил грубо.

— Подожди! — По ту сторону стало тихо, словно она осмысливала услышанное. — Ключ от моей квартиры у тебя?

— Да. — Я ответил слишком быстро, потому что точно это знал.

— Сделай так, чтобы тебя по возможности никто не видел. Сейчас это будет и в твоих интересах.

Я хотел сказать, что в моих интересах лучше всего заниматься служебными делами, а не нестись стремглав выручать женщину, которая меня бросила год назад. Но это было бы нечестно, и я слишком хорошо знал об этом, потому что в нашем разрыве виноват был сам.

С моим начальником можно уладить любой вопрос. Я не часто этим пользовался, и потому сейчас был отпущен без сопровождающих и напутствующих слов.

— Серегин чтоб на месте сидел, на случай, если будут звонить от заявителя, — бросил шеф, но вопросов никаких задавать не стал.

Может у человека, в конце концов, что-то произойти в семье?! Уточнять, что неприятности случились у моей бывшей любовницы, я не стал. Не люблю быть мелочным.