Развивалась не только собственно техника. Опыт эвакуации советской промышленности на восток в 1941 и подготовки высадки в Нормандии в 1944 — то, что дало начало современной логистике, — развилось к концу ХХ века в весьма совершенную систему, позволяющую организовывать единые производственные цепочки, практически не зависящие от пространства. Журнал «Форбс» с восхищенным придыханием рассказывает о ситуациях, когда офис компании находится в Сингапуре, научное подразделение в США, производства — в Китае и Индии, а обслуживают компанию из Европы.

Такое явление называют «глобализацией». Получается, что глобализация — это становление глобального рынка, глобальных цепочек производства и потребления. А что это значит? Впрочем, не буду забегать вперед.

Глобализация является самой модной темой современной социологии и политологии. Но основное внимание заостряется на сугубо второстепенных деталях. Помимо мирового охвата, на который стала способна одна фирма, любят говорить о современных достижениях в области коммуникаций. Кажется, действительно, изменения произошли фундаментальные. Электронная почта почти мгновенно и почти бесплатно доставит информацию в любую точку планеты, авиалайнер чуть дороже и медленнее, но все равно быстро и за приемлемую сумму домчит куда угодно любой груз — и, главное, везде понимают английский. Правда, одновременно с этим происходит утрата национальных культур, разрушение традиций, и по их руинам торжественно шагают Микки Маус и Рональд Макдональд.

Примерно так — смесь оптоволоконных коммуникаций и гамбургеров — обычно представляют себе люди глобализацию. Якобы именно против этого борются антиглобалисты — красивые, глупые и трогательные в своем безнадежном стремлении приостановить неизбежность.