Совсем не тот случай, чтобы легким шагом приблизиться к старому другу, хлопнуть его по плечу и осведомиться, как поживает Джанин. Они вели личную беседу, до такой степени личную и напряженную, что их словно бы окружал почти очевидный колпак из тончайшего стекла.

- Знаешь их? - спросила Пусс.

- Только его.

- Я бы сказала, что он собирается бастовать. Теряет выдержку. Торговать нынче трудно, и девочки нервничают.

- Привет! - сказала Барни Бейкер, поставила саквояж на пол и взобралась на высокий стул справа от меня.

- На ней была бледно-зеленая блузочка без рукавов с высоким воротом, короткая юбка, тоже зеленая, но потемнее, в проколотых ушах болтались маленькие золотые колечки. Она пожелала выпить бурбон. Пусс подалась вперед и проговорила через меня:

- Господи, что на свете может быть прекраснее, восхитительней и романтичнее перелетов из одного восхитительного и романтичного места в другое! Клянусь, вот это настоящая жизнь. Потрясающие пилоты, загадочные путешественники, разъезжающие по всему миру, и все такое. Наверно, вы понимаете, Барни, до чего мы, земные женщины, вам завидуем.

Барни всего на миг едва заметно прищурилась. Наклонившись, она, слегка задыхаясь, прощебетала:

- О да! Сбылись мои мечты, мисс Киллиан, - летать в прелестнейшие места на земле. - Она вздохнула, качнув хорошенькой головкой. - Только, по-моему, так.., неестественно пользоваться самолетом, правда? Просто на моей метелочке не удается подняться выше верхушек деревьев. Вам везет больше?

- Думаю, вся разница в том, таскать с собой распроклятого кота или нет, невозмутимо ответила Пусс. - А еще - надевать ли дурацкую шляпу и длинные юбки.

- Нелегко любоваться лунным светом, когда все время приходится бормотать жуткую ерунду, как по-вашему? - продолжала Барни.