Для парня, который хочет прославиться в Лос-Анджелесе и Токио, деревенская жизнь — это просто потеря времени. Посему его первая цель — как можно скорее выбраться оттуда, а этого приходится ждать лет четырнадцать или пятнадцать. Все это время единственное, чем ты должен заниматься (извини, что я на «ты»), — это читать бестселлеры, купаться в речке, ощущать глубокое презрение ко всем товарищам по школе, заучивать наизусть все фильмы с Мей Уэст и Бетт Дэвис и использовать диалоги оттуда всякий раз, как учитель тебя о чем-нибудь спросит, и, самое главное, ты должен ежедневно желать послать все окружающее к чертям и мифологизировать в своей голове отдельные города: Мадрид, Лондон, Нью-Йорк, Токио и Виго. И не верить никому, кто станет утверждать, будто Албания — это очень увлекательное место, или попытается убедить тебя, что лучшие рок-группы и лучшие наркотики ждут тебя в Польше или что новая чешская мода вскоре вытеснит итальянскую.

Итак, вот тебе четырнадцать или пятнадцать лет. Жизнь на природе хорошо тебя развила — физически. Твоя голова, наоборот, так же пуста, как и в час, когда ты появился на свет. Наступает час расставания с твоей семьей и твоей деревней. Это час, когда ты на заре залезаешь в междугородний автобус, который отвезет тебя в столицу, и даешь себе слово никогда не возвращаться. Ты смотришь в окошко, и как будто твой собственный взгляд стирает пейзажи, которые, как тебе кажется, ты видишь в последний раз. Здесь ты ошибаешься: ведь память — это штука, которой каждый владеет на свою беду. Но в глубине души ты знаешь, что если когда-нибудь станешь все это вспоминать, то с единственным побуждением создать антидеревенский фильм, в котором обольешь грязью здешнее питание, расширение вен, ожирение и запах изо рта. Все это приметы деревенской жизни, о которых никогда не упоминается в фильмах о деревне.